Ливия: Совсем не ясно, чем все это закончится / Новости / Информационное агентство Инфорос
Оцените статью
Ливия: Совсем не ясно, чем все это закончится

Ситуация достигла предела напряженности

Ливия: Совсем не ясно, чем все это закончится
Именно так охарактеризовал перспективы военного вмешательства в дела Ливии председатель Объединенного комитета начальников штабов США адмирал Майк Муллен: "Совсем не ясно, чем все это закончится". Пример Ирака и Афганистана свидетельствует, что военные перспективы коалиции неоднозначны. Но еще большее сомнение вызывает способность США сохранить позиции морально-политического лидера западного мира.

Вполне возможно, что принимая решение о силовой акции и продавливая его через Совет безопасности ООН, Вашингтон из двух зол пытался выбрать меньшее. В 2003 году, после свержения Саддама Хусейна, Ливия благоразумно отказалась от политики жесткой конфронтации с Западом. Однако досье ливийского лидера Муаммара Каддафи к тому времени было уже довольное пухлым – теракт на дискотеке в Западном Берлине, взрывы гражданских самолетов США и Франции, финансирование повстанческих движений по всему миру, разработка ядерного оружия.

В нынешней политической турбулентности на Ближнем Востоке и Северной Африке Каддафи был непредсказуем в своем латентном антиамериканизме. Восстание на востоке Ливии, импульс которому дали революции в Тунисе и Египте, предоставляли, казалось бы, реальный шанс покончить наконец со старожилом оси зла – сместить или принудить к отставке.

Дипломатическая и пропагандистская машины США и ЕС заработали против правительства Ливии. Международно признанный глава государства превратился в преступника, место которому на скамье подсудимых международного суда в Гааге, а повстанцы, организовавшие антиправительственный мятеж, получили поддержку Парижа, Лондона и Вашингтона. Так же, как и месяцем ранее демонстранты в Египте и Тунисе.

Но Каддафи предпочел сопротивление, довольно быстро восстановил контроль над почти всей территорией страны и подошел к окраинам Бенгази, ставшим опорой повстанцев. Теперь для США, Великобритании и Франции речь уже пошла не о свержении Каддафи, а об экстренном спасении признанных ими мятежников. Либо о потере лица перед теми, кто надеется на поддержку Запада во внутриполитической борьбе. И не только в арабском мире.

С другой стороны, над США тяготеет иракский синдром, беспросветная ситуация в Афганистане, астрономической государственный долг, вызванный войнами на Ближнем Востоке. Не менее важно сохранить стратегически важные отношения с исламским миром, которые Вашингтон также пытался "перезагрузить". Ну и конечно, у всех на памяти много красивых слов американского президента о новой роли США в мире и - аванс в виде Нобелевской премии мира.

Возможно, решение об ударе принималось в спешке и нелегко, однако в публичных разъяснениях Госдепа и Пентагона все время нарастали пропагандистские нотки. "Необходимы экономические санкции", "США не склонно к силовой акции", "любые действия требуют санкции ООН", "США не будут играть в акции против Ливии ведущую роль".

Затем по Ливии ударили 124 крылатые ракеты "Томагавк" ВМФ и 3 стратегических бомбардировщика "Стелс" В-2 ВВС США.

Теперь ближайший союзник США Великобритания - устами министра иностранных дел Уильяма Хейга - заявляет: "Ввода войска и интервенции в Ливию не будет, однако это не исключает проведения спецопераций с определенной целью". Иными словами, ввода войск, которое не санкционировал Совбез, не будет. Но наземные операции вполне возможны. Иначе сопротивления Каддафи не сломить. Однако прогнозы дальнейшего развития событий на ливийском фронте требуют осторожности, коль скоро даже упомянутый уже адмирал Майк Муллен не готов оценить перспективы.

Тем не менее, некоторые политические итоги удара по Ливии уже очевидны.

Бараку Обама предстоит непростой разговор с оппозиционным Конгрессом. "Администрация обязана объяснить смысл миссии в Ливии, роль в ней США и как будут достигнуты ее цели", - многозначительно заявил спикер палаты Представителей Конгресса США республиканец Джон Бонер. В свою очередь авторитетнейший сенатор-республиканец Ричард Лугар сокрушается: "Странно, что в то время, как мы проводим в конгрессе дебаты по бюджету, дефициту, другим важным проблемам, происходит все это". "Все это" в преддверии выборов 2012 года.

Реакция за рубежом также не вызывает оптимизма.

Во-первых, показательно голосование в ООН по проекту резолюции, санкционирующей боевые действия. Воздержались Бразилия, Россия, Индия, КНР и Германия. Первые четыре из них образуют БРИК, неформальный клуб стран с наиболее бурно развивающейся экономикой, который уже заявил и о политических претензиях. После прошлогоднего саммита в Бразилии стала очевидна согласованная позиция БРИК по иранской проблеме, а также международным валютно-финансовым проблемам. Теперь очевидна коллективная позиция этого нового полюса мировой политики по Ливии.

Во-вторых, бросается в глаза позиция ключевого члена ЕС – Германии, которая также воздержалась при голосовании в ООН, а также отказалась принимать участие в силовой акции против Ливии. "Решение немецкого правительства не участвовать в военной операции – правильное. Даже если для принятия его пришлось пожертвовать европейским единством", - пишет комментатор официальной "Дойче велле". Добавим: и атлантическим единством тоже. Кроме того, вопрос о роли и месте НАТО в операции в Ливии пока остается открытым.

В-третьих, Африканский союз отмежевался от ливийской авантюры и даже не послал своего представителя в Париж, где в минувшую пятницу под председательством Президента Франции Николя Саркози было принято решение о начале военной операции.

Ну и наконец, Лига арабских государств, поначалу выступавшая против Каддафи, сменила курс. Генеральный секретарь ЛАГ Амр Муса подверг критике ракетные и авиационные удары по объектам в Ливии, заявив, что они "выходят за рамки провозглашенной цели". А чего же еще можно ожидать после начала вот уже третьей, в течение 10 лет, войны против мусульманской страны?

Все это признаки серьезного внешнеполитического просчета - усиление альтернативных центров силы, эрозия союзнических отношений и раскол в стане союзников, окончательная потеря реноме в мусульманском мире.

Выступая в Каире 5 июня 2009 года с программной речью об отношениях с мусульманским миром, президент США процитировал слова Томаса Джефферсона: "Я надеюсь, что одновременно с нашей мощью будет возрастать и наша мудрость, которая подскажет нам, что, чем меньше мы эту мощь используем, тем большей она станет". Неужели процесс пошел в обратном направлении?
Оставить комментарий
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
Загрузка...

Сообщите об орфографической ошибке

Сообщить
Выделенный текст слишком длинный.