После подписания 14 июля в Вене "исторического" соглашения по иранской ядерной программе (ИЯП), российско-иранские отношения имеют все шансы выйти на новый, более продвинутый уровень. Ведь Москва сыграла значительную роль в том, что длившиеся 12 лет переговоры «шестерки» международных посредников с Ираном были успешно завершены, а иранская ядерная сделка, крайний срок подписания которой несколько раз откладывался, в итоге была заключена.
Российско-иранские отношения, которые носят привилегированный характер, не всегда складывались гладко. Достаточно вспомнить, что после исламской революции 1979 года в Иране новые власти в Тегеране объявили США "Большим Сатаной", а СССР – "Малым "Сатаной". Но после распада СССР такая риторика в отношении Москвы постепенно исчезла из политического лексикона руководства Исламской республики Иран (ИРИ). РФ и Иран начали выстраивать новые партнерские отношения, как государства–соседи и естественные партнеры. В отношении политического сотрудничества России и ИРИ, когда президент РФ Владимир Путин называет Иран "долговременным партнером России", а министр иностранных дел РФ Сергей Лавров считает Иран "естественным союзником России" в борьбе против исламистского терроризма, это означает не только лишь демонстрацию намерений.
Позиции обеих стран по большому числу критически важных международных вопросов в регионе Большого Ближнего Востока, а в более широком плане – в Азии, близки или совпадают. Это касается правового статуса Каспийского моря, вопросов безопасности и стабильности на Южном Кавказе, разрешения острых внутренних конфликтов в Афганистане, Ираке, Сирии, Йемене и в Северной Африке. Москва при этом, как считают некоторые российские эксперты, рассматривает Тегеран как важного регионального лидера, способного оказывать влияние на формирование общественного мнения в исламском мире, благоприятного для РФ. Однако, на наш взгляд, надо помнить о том, что Иран исходит из четко обозначенных им своих национальных интересов, и, соответственно, Москва всегда должна учитывать этот фактор. За последнее время (с момента начала нового президентского срока Путина) Москва демонстрирует прагматичный подход к своим отношениям с Ираном, учитывая при этом свои национальные интересы.
Что касается конкретных форм политического сотрудничества, то Россия официально объявила на самом высоком уровне необходимость создания новой широкой коалиции для борьбы против запрещенного в России "Исламского государства" (ИГ) с участием Ирана. По сообщениям западных СМИ, Иран предоставляет поддерживаемой им Сирии, на территории которой усиливается террористическая деятельность ИГ, финансирование, военную помощь и даже участвует в наземных операциях против ИГ силами специально выделенных для этого подразделений Корпуса стражей исламской революции (КСИР). Россия признает эту роль Ирана, поскольку поддерживает легитимного президента Сирии Башара Асада, и те усилия, которые предпринимает сирийская армия в борьбе против ИГ. Москва также признает роль ИРИ как внешнего игрока в урегулировании острейшего внутриполитического кризиса в Афганистане, причем, здесь Иран способен сыграть одну из ключевых положительных ролей.
Тегеран же признает особые интересы РФ в ближневосточном регионе, в частности, в Сирии и Ираке, которым Москва оказывает военную помощь для борьбы с международным терроризмом.
В то же время между РФ и ИРИ отсутствуют крупные проблемы, негативно влияющие на их взаимоотношения. Дело в том, что Москва никогда не отказывалась и не замораживала свои отношения с Ираном, в отличие от некоторых западных партнеров России, прежде всего, США. РФ также никогда не вводила против Ирана какие-либо санкции из-за его ядерной программы и не предпринимала шагов, ущемляющих национальные интересы ИРИ. Москва на самом высоком уровне всегда заявляла о том, что признает право Ирана на мирное использование атомной энергии.
Правда, в начале 90-х годов прошлого века, при президентстве Бориса Ельцина и министре иностранных дел Андрее Козыреве под нажимом США Россия отказалась поставлять в Иран высокотехнологичную продукцию "двойного назначения", что вызвало некоторые сложности в российско-иранских отношениях, однако в целом этот факт не повредил общему хорошему состоянию взаимоотношений между РФ и ИРИ.
Сегодня уровень российско-иранских отношений продемонстрировал недавний визит главы МИД Ирана Джавада Зарифа в Москву. На пресс-конференции по итогам его визита министр иностранных дел России Сергей Лавров отметил, что "наши переговоры с министром иностранных дел Ирана Зарифом были весьма содержательными, прошли в традиционно доверительной и дружеской атмосфере", и "отношения между нашими странами развиваются динамично и позитивно". Обе стороны подтвердили взаимную приверженность сотрудничеству в различных областях.
Следует напомнить, что президент Ирана Хасан Роухани был активным участником саммита ШОС в Уфе, и хотя Иран присутствовал на нем в качестве страны–наблюдателя, на наш взгляд, существует возможность того, что ИРИ может быть принята в ШОС на правах полноправного члена на одном из последующих саммитов этой международной организации в случае, если реализация ядерной сделки с Ираном будет проходить, как запланировано, и с него будут сняты санкции. Полноправное членство Ирана в ШОС в политическом отношении объективно способствовало бы усилению роли РФ на Ближнем и Среднем Востоке, поскольку отношения "долговременного партнерства" Москвы и Тегерана в случае его вступления в ШОС еще больше укрепятся.
Кроме того, в условиях замороженного состояния отношений России с США (исключением здесь является российско-американское сотрудничество в области нераспространения ядерного оружия, в частности, по ядерной сделке с Ираном) и другими западными партнерами РФ, Москва сделала в своей внешней политике стратегический разворот на Восток. Россия рассматривает Иран в качестве одного из ключевых государств, способствующих расширению сотрудничества России с азиатскими странами, что объективно совпадает с интересами Исламской республики, имеющей, например, свои особые интересы в Центральной Азии. Тегеран же надеется вновь рассчитывать на поддержку Москвы в случае каких-либо затяжек со стороны западных посредников по снятию санкций или ужесточению их позиции по отношению к Исламской республике. Таким образом, обе страны по объективным причинам заинтересованы в углублении сотрудничества и расширении партнерства друг с другом.
Что касается торгово-экономического и военно-технического сотрудничества (ВТС) РФ с Ираном, то оно, как отметил Лавров, "всеобъемлющее и охватывает все ключевые направления взаимодействия между государствами". Это высокотехнологичные сферы, такие как атомная энергетика.
Сотрудничество в этой области опирается на успешное завершение проекта АЭС "Бушер-1" и на подписанные в 2014 г. межправительственные Протокол и контракт на сооружение дополнительно восьми блоков в Исламской республике. Это очень перспективное и крупное направление, сотрудничество по которому будет осуществляться при полном соблюдении режима нераспространения при уважении прав Ирана на мирную ядерную программу. Кроме того, российско-иранское сотрудничество включает и область неядерной энергетики, нефтяной и газовой отраслях промышленности, а также инфраструктурные проекты.
Что касается сферы ВТС, то в январе 2015 года министр обороны России Сергей Шойгу посетил Тегеран, где было подписано Соглашение о военном сотрудничестве, в том числе в контексте обеспечения безопасности на Каспии. После подписания "исторической" ядерной сделки с Ираном и снятия санкций с Исламской республики Россия сможет поставить Тегерану зенитно–ракетные комплексы С-300, отмена поставки которых при президентстве Дмитрия Медведева вызвала негативную реакцию иранской стороны.
На совместной пресс-конференции глав МИДов РФ и Ирана 17 августа было объявлено и о том, что в октябре с.г. состоится заседание смешанной российско-иранской Комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству. Пока торговый оборот между двумя странами составляет всего $1, 5 млрд США.
Что касается области гуманитарного сотрудничества, то между РФ и Ираном прошли переговоры об открытии в Тегеране Российского культурного центра и облегчении визового режима для граждан России и Ирана.
На наш взгляд, одним из положительных итогов заключения ядерной сделки с Ираном является то обстоятельство, что расширение сотрудничества РФ с ИРИ позволяет успешно продвигать российские экономические интересы в этой стране, причем даже в условиях жесткой конкуренции с западными компаниями, которые сейчас, еще до снятия санкций, уже зондируют почву для возвращения на иранский рынок, а после их снятия, широким потоком хлынут в Иран.
Однако, Иран вряд ли откажется от стратегического сотрудничества с РФ в пользу США и ЕС, поскольку последние не заинтересованы в поставках в ИРИ новейших технологий, а готовы поставлять Исламской республике продукцию своих корпораций. К тому же при всем состоянии эйфории внутри Ирана по поводу заключения ядерной сделки, реалии сегодняшнего Ирана таковы, что нынешний режим в Иране не склонен полностью доверять "Большому Сатане" - США и его западным союзникам.
Среди иранских элит преобладает мнение, что западные страны не станут искренними сторонниками Исламской республики. Верховный аятолла Хаменеи вовсе не склонен доверять Вашингтону и его союзникам. Вероятно, США еще не скоро полностью нормализуют свои отношения с Тегераном. Если же Иран все-таки «разменяет» сотрудничество с Россией на партнерство с Западом, что при нынешнем иранском режиме представляется весьма маловероятным событием, то у РФ, как считают некоторые российские эксперты, всегда есть возможность ужесточить свою позицию по иранской ядерной программе – шаг, на который Москва пойдет только в самом крайнем случае.
Так что, на наш взгляд, после подписания ядерной сделки с Ираном сотрудничество РФ с Исламской республикой Иран имеет отличные шансы значительно увеличиться, а отношения "долговременного партнерства" - укрепиться.
