11-12 июля в Сингапуре открывается очередной 27-й Диалог по сотрудничеству в Северо-Восточной Азии (NEACD). На этот раз без представителя Северной Кореи. Пхеньян решил не посылать своего представителя на это мероприятие, открыто демонстрируя не только своим соседям, но и всему миру неприятие дальнейших диалоговых мер, направленных на прекращение дальнейшей реализации ракетно-ядерной программы КНДР.

В этой связи на полях 27-го Диалога пройдет и трехсторонняя, американо-южнокорейско-японская встреча уполномоченных сторон по вопросам безопасности Корейского полуострова.

Накануне этих диалоговых мероприятий во всех упомянутых трех странах опубликована оценка американского эксперта, согласно которой северокорейская межконтинентальная баллистическая ракета «Хвасон-14», запущенная на днях северокорейцами с целью испытаний, оказывается способна преодолеть расстояние в 9700 км и нанести, в том числе, и ядерный удар по американской базе ВМС в Сан-Диего.

Ясно, что такая публикация нацелена на то, чтобы предупредить: США не потерпят такой угрозы со стороны своего противника, которого теперь, с приходом в Белый дом Дональда Трампа, там потенциальным уже не называют. Для Америки и американцев это теперь реальный враг и реальная цель №1.

Напомним, что 6 июля в Варшаве Трамп уже назвал текущее противостояние «угрозой» и заявил, что США будут «очень серьезно» противостоять северокорейским испытаниям.

После таких заявлений Трампу будет уже трудно отрулить на позиции мирного урегулирования. Этого ему не позволит сделать враждебное внутреннее окружение, которое обязательно обвинит его в непоследовательности, трусости и слабости перед северокорейской угрозой.

Сложности внутриполитического положения Трампа не до конца осознают в Пхеньяне и поэтому недооценивают опасности возможных военных мер со стороны Соединенных Штатов.

Так же в северокорейской столице, видимо, неверно оценили и результаты своих действий «на испуг» и в отношении Южной Кореи и Японии. На этот раз этот «испуг» может не сработать. Американцы не позволят. В Сингапуре могут прийти к выводу о том, что диалоговые возможности в отношении Пхеньяна исчерпаны, и последняя мирная инициатива нового южнокорейского президента в отношении Севера (заявление о готовности встретиться с Ким Чен Ыном) в целях разрядки пиковой напряженности), а равно и серьезные опасения Токио (цели № 2 для северокорейцев) за свою дальнейшую судьбу в случае ударов по японской территории теперь уже неуместны и пора принимать самые решительные – военные меры.

Дональд Трамп не слишком церемонится даже со своими ближайшими - европейскими партнерами, и с дальневосточными союзниками может поступить так же. Просто поставит их перед фактом принятия решения о нанесении удара по КНДР, не принимая в учет последствия такого шага для Южной Кореи и Японии.

А последствия в этом случае будут для упомянутых двух стран катастрофическими. Американская военно-морская база в Сан-Диего - это только одна из малюсеньких точек на карте США. А вот территории Южной Кореи и Японии будут накрыты северокорейскими ударами с ближней дистанции почти полностью.

Помогут ли старые и новые американские системы ПРО их военным партнерам в такой ситуации – большой вопрос. Война – это не учения, это – суровая реальность, диктующая свои новые условия и порой опровергающая расчеты военных ученых. В реальности же американские системы ПРО на дальневосточном театре военных действий не испытаны. Смогут ли они противостоять противнику – неизвестно.

Пиковая военная ситуация на полуострове и вокруг него усугубляется политическим и экономическими разногласиями и распрями внутри американо-южнокорейского-японского союза. В этой связи достаточно вспомнить о том, с каким неприятиям и сарказмом относились к Дональду Трампу в упомянутых дальневосточных столицах в ходе его предвыборной кампании и сразу после нее. А также о том, с какой неприязнью в Сеуле и Токио отнеслись к первым экономическим инициативам нового американского президента, и о том, с какой яростью до сих пор отстаивают свои позиции Сел и Токио в давнем двустороннем историческом споре.

И еще можно вспомнить о многом-многом другом, что сегодня не позволяет назвать отношения между США, Южной Кореей и Японией в полной мере отношениями стратегического партнерства.

Да и на влияние на ситуацию со стороны Китая и России эта тройка не рассчитывает, хотя и постоянно заявляет об этом. Так, профессор южнокорейского государственного центра исследований международных отношений Ким Хан Гвон считает, что в реальности Китай не пойдет ни на блокаду поставок нефти Северной Кореи, ни на исключение Пхеньяна из международной финансовой системы, ни на сокращение объема торговли с КНДР, ни на другие эффективные санкции в угоду требованиям мирового сообщества.

При этом южнокорейский аналитик полагает, что «в преддверии осеннего съезда руководство Китая ни в коем разе не поддастся давлению США, не будет пытаться сотрясти систему Ким Чен Ына, а скорее будет стремиться к прочному стратегическому партнерству с Россией, основы которого были закреплены на недавнем российско-китайском саммите».

В условиях критической ситуации в Сеуле, похоже, начинают понимать правильную текущую расстановку сил. Может, это поймут и в Токио?

Действительно, реальные основы российско-китайского стратегического партнерства созданы. Выработан конкретный план мирного урегулирования ситуацию на Корейском полуострове. И почему бы не воспользоваться этим планом? А то ведь трехсторонние сингапурские посиделки могут оказаться последней диалоговой возможностью для сохранения мира… поскольку один из участников этой встречи явно стремится продемонстрировать свои внутренним и внешним врагам свою военную силу и решительность.