Мировая торговая война была инициирована США 9 марта 2018 г. Эта дата, наверное, войдет в учебники истории.

Обосновывая свои действия, «поджигатель» торговой войны президент Соединенных Штатов Америки Дональд Трамп заявил, что эти «атаки» направлены на выравнивание торгового баланса страны, дефицит которого принял недопустимые размеры. В 2017 г. он составил более 566 млрд долл., в том числе с КНР - 375,2 млрд долл., ЕС – 151,4 млрд долл., Мексикой – 71,1 млрд долл., Канадой – 12,4 млрд долл.

За прошедшие месяцы война только набирала обороты. Если на первом этапе она охватывала поставки алюминия и стали объемом порядка 40 млрд долл., то к настоящему времени под взаимные тарифные ограничения между США - с одной стороны,  КНР, ЕС, Канадой, Мексикой, Россией и Турцией - с другой, подпадают товары в несколько сотен номенклатурных позиций общим объемом более 110 млрд долл.

Основным субъектом торговых претензий со стороны США является Китай. За прошедшие пять месяцев страны дважды вводили друг против друга повышенные торговые пошлины, которые сейчас охватывают около 150 товарных позиций на сумму 68 млрд долл. На 23 августа намечено введение новых ограничений по 16 млрд долл. с каждой стороны.

Трамп, так и не добившись от Китая уступок, заявил, что планирует осенью повысить импортные пошлины на следующий пул китайских товаров объемом в 200 млрд долл. и не на 10%, как предполагалось ранее, а на 25%. А если договориться вновь не удастся, пригрозил повысить пошлины на весь китайский импорт.

Китай, со своей стороны, заявил, что, если США продолжат оказывать давление, он введет пошлины в размере от 5 до 25% на импорт из США товаров на 60 млрд долл. Кроме того, для поддержания экономики власти Поднебесной намерены применить меры налоговой политики, осуществить закачку ликвидности в банковский сектор для стимулирования кредитования реального сектора. Народный банк Китая намекнул, что прибегнет к существенной девальвации юаня. Но, как полагает ряд зарубежных экспертов, новую волну повышения пошлин китайские власти уже не смогут полностью компенсировать субсидиями и девальвацией национальной валюты.

Оценивая последствия американо-китайского противостояния, отметим, что оно влияет не только на двусторонние отношения, но и на международную торговлю в целом. В частности, оно затрагивает многие международные компании, имеющие бизнес и в Китае, и в США. Например, от 65% до 80% из первого пула товаров, подвергшихся повышенным пошлинам, ‑ компоненты изделий, поставляемых из ЕС и других стран в США (в Китае производится 20% электронных компонентов и почти половина печатных плат). В итоге, международные компании вынуждены пересматривать действующие цепочки поставок, чтобы сохранить конкурентоспособность. Например, компания Siemens начала поставлять в США, где находятся ее заводы, производящие конечную продукцию, комплектующие со своих европейских, а не китайских предприятий. Однако не все производственные, в том числе высокотехнологичные компании способны перестроить производственные цепочки так же легко. Так что мировую торговлю ожидают непростые времена. Для Китая же уже реализованные меры со стороны США затрудняют путь его товарам не только в Америку, но и в Европу.

Планируемый раунд повышения пошлин может «задеть за живое» и американскую промышленность, т.к. повлияет на поставки металлов и редкоземельных элементов. По данным агентства Reuters, в список из 6 000 товарных позиций, на которые предполагается ввести повышенный таможенный тариф, входят 32 из 35 минералов, входящих в список «критических» для экономики и национальной безопасности США, на рынках которых Китай является монополистом. Американские промышленные круги высказывают все большее беспокойство по этому поводу. Вероятно, именно поэтому администрация Трампа откладывает обнародование окончательного списка товарных позиций-кандидатов на повышение пошлин в следующем раунде.

Подход американского правительства к ведению торговой войны с ЕС, Мексикой и Канадой был более мягким. Введение новых пошлин в их отношении было отсрочено по политико-экономическим соображениям. С Канадой и Мексикой США ведут переговоры об изменении условий североамериканского соглашения о свободной торговле (NAFTA), и они увязывали их введение с уступками указанных стран. Что касается ЕС, то отсрочка их введения также преследовала попытку добиться ряда экономических и военно-политических целей, в частности увеличения вклада Европы в общий оборонный бюджет НАТО.

Однако переговоры не дали положительного результата и в июне повышенные пошлины были введены в действие. Сейчас между этими странами продолжаются переговоры, но пока они не дали конкретных результатов.

Последней вступила в торговую войну с США Турция. В ответ на то, что турецкий суд в августе этого года в очередной раз не удовлетворил апелляцию об освобождении из-под домашнего ареста протестантского пастора, гражданина США Эндрю Брансона, задержанного властями в прошлом году по обвинению в шпионаже и пособничестве террористам, США под этим явно натянутым предлогом с 13 августа удвоили размер импортных пошлин на сталь и алюминий из Турции до 50% и 20% соответственно. В свою очередь, 15 августа Анкара увеличила размер ввозных пошлин на товары из США в объеме 1 млрд долл., в том числе на 120% на легковые автомобили, на 140% - на алкоголь, а на табак и косметические изделия - на 60%.

Таким образом фронт торговых конфликтов, спровоцированных США, расширяется.

Анализ действий американской администрации показывает, что ее целями являются обеспечение более выгодных условий для собственного экспорта и снижение дефицита бюджета. Однако на фоне ожиданий сокращения дефицита торгового баланса доллар США подорожал на 5% по отношению к корзине валют. Поэтому США едва ли удалось существенно снизить торговый дефицит. Но дорожающий доллар снижает конкурентоспособность американского экспорта. Если учесть рост стоимости продукции для внутреннего потребления и удар по экономической активности и международным отношениям, то выгода от торговой войны для США и вовсе становится призрачной.

В то же время искусственные торговые барьеры могут заметно охладить экономическую и деловую активность не только у участников торговых споров, но и во всем мире.

Ряд стран уже начали принимать меры из-за изменений условий международной торговли. Так, Еврокомиссия сообщила, что страны-члены ЕС поддержали временные меры по ограничению импорта стали из-за опасений, что в результате повышения пошлин США может резко вырасти объем поставок стали в Европу. Планируется ввести квоту, размер которой равняется среднему годовому объему импорта стали в Евросоюз за все последние годы. Любые поставки сверх этой квоты будут облагаться пошлиной в 25%. Этот пример показывает, какую турбулентность может вызвать ограничение режима свободной торговли со стороны США.

Тарифные ограничения, введенные США против Турции, вызвали обвал турецкой лиры на 25%, а следом и других валют развивающихся рынков: бразильского реала, мексиканского, чилийского и колумбийского песо, российского рубля. Аналитики не исключают, что валютный кризис в Турции может «накрыть» развивающиеся рынки и привести к глобальному финансово-экономическому кризису. Его следствием станет снижение спроса и цен на многие товары, в частности сырьевые, что непосредственно затрагивает и российские интересы.

В заключение отметим, что политика нынешней администрации США вызывает растущее недовольство все большего числа стран из-за злоупотребления ею ролью американского доллара в качестве мировой резервной валюты. Многие страны встали на путь использования национальных валют во взаимной торговле. Взаиморасчеты, не включающие доллар, уже прорабатываются между Россией, Турцией и Ираном, они применяются в торговле между Россией и Китаем. Эти процессы будут ослаблять зависимость финансовых систем указанных стран от воздействия третьих стран, прежде всего США, и станут катализатором дедоллоризации мировой экономики. А это станет концом политической карьеры Трампа, какие бы благие национальные цели он ни преследовал.