Исламская революция глазами очевидца / Новости / Информационное агентство Инфорос
Оцените статью
Исламская революция глазами очевидца

К 40-летию Исламской революции в Иране

08.02.2019 16:25 Александр Левченко, международный обозреватель

Исламская революция глазами очевидца

Мне посчастливилось быть очевидцем и нарастающего революционного движения в Иране, и свершившейся 11 февраля 1979 года Исламской революции. Все то время меня не покидало ощущение, что на моих глазах происходят важные исторические события, которые повлияют не только на будущее этой древней страны, но и всего мира.

Исламская революция произошла, как вспышка. Но она стала закономерным явлением, венцом всей истории Ирана предшествующих 100-150 лет. Из-за своего важного стратегического положения десятилетиями страна оставалась ареной борьбы великих держав за влияние в Азии.

В 1950-1970 годы иранцы, у которых чувство собственного достоинства в крови, с болью наблюдали, как хозяйничали на их земле крупнейшие американские и британские компании, как выкачивали из Ирана его нефть, газ, уголь, как насыщали шахскую армию новейшими вооружениями, как помогали службе безопасности монархии САВАК подавлять любую оппозицию, в том числе и в мечетях. Фактически к моменту революции в Иране были разгромлены все левые партии и организации. И только примерно за год до начала революционных событий для религиозных деятелей сделали послабление.

Шиитские священники обладали немалыми финансовыми возможностями, а также тем, что сейчас назвали бы «административным ресурсом». Ведь у них была фактически гарантированная аудитория в мечетях по всех стране. Именно вокруг наиболее почитаемых аятолл и шиитских проповедников, активно работавших и в городах, и в деревнях, стали формироваться те политические силы, которые и стали движущей силой революции 1979 года. 

События нарастали, как снежный ком. И, как это бывает в любой революции, достаточно было только поджечь фитиль. Запалом послужил страшный пожар в кинотеатре Рекс в южном городе Абадан, произошедший 20 августа 1978 года. Тогда в огне погибли 500 человек. Оказывается, в кинотеатре даже не было системы противопожарной безопасности. Застройщик решил на ней сэкономить. В этом крупном промышленном центре людское горе вылилось в демонстрации протеста против коррупции властей, допустивших воровство во время строительства общественных зданий.

По иранской традиции тысячи людей выходили на траурные шествия. Но очень быстро они стали перерастать в политические манифестации, охватившие всю страну. Спустя всего несколько дней массовые демонстрации проходили уже во всех крупнейших городах Ирана. В сентябре шах ввел военное положение.

Несмотря на запреты, многолюдные демонстрации только набирали силу. В знак протеста работу прекращали нефтяные, металлургические и другие производственные предприятия. Армия и полиция пытались жестоко подавлять протесты, в том числе и силой оружия. Среди демонстрантов появились убитые и раненые. Это окончательно ожесточило революционеров, что вылилось в двухмиллионную демонстрацию в Тегеране.

В столице наиболее революционно настроенными были студенты Тегеранского университета и торговцы с Большого базара. Уже тогда революционное движение приобретало характер хорошо организованного. Почти в каждой лавке, торговавшей на базаре электроникой, во всеуслышание транслировались речи аятоллы Хомейни, призывавшего к сопротивлению властям.

У нас, работавших тогда в Иране, вызывала некоторое недоумение оценка советским руководством происходивших революционных событий. Особенно на первом этапе революции, в Советском Союзе ее воспринимали чуть ли не как демократическую и национально-освободительную. И это несмотря на то, что информация из Ирана от наших СМИ и из посольства шла вполне объективная. В Москву регулярно сообщалось о том, что ведущую роль в революционном движении играют именно организации исламского толка разной степени «левизны» или «правизны». Сохранившиеся чудом и очень малочисленные коммунистические, социалистические или демократические партии реального влияния не имели. Но, по всей видимости, наши высшие партийные круги смотрели на иранскую революцию с большой долей идеологической зашоренности. Это сильно мешало объективному восприятию происходившего.    Требования протестующих становились все жестче. Теперь они призывали уже не только к свержению шаха, но и к изгнанию из Ирана всех американских военных советников, коих на тот момент насчитывалось порядка 40 тысяч. Столь массовое присутствие американцев иранцы справедливо расценивали как посягательство на национальный суверенитет и безопасность собственной страны.

Американцы были не просто в растерянности. Некоторые из них всерьез испугались. Помню, как в разгар революции в центре Исфахана к нам с женой обратилась молодая американская пара с просьбой сопроводить их в продуктовый магазин и сказать, в случае если возникнет вопрос, что они, дескать, тоже русские. Они пояснили, что воинственно настроенные революционеры угрожают американцам и что они уже несколько дней никуда не могут выйти из страха быть побитыми, а продукты закончились. Вид у пары был настолько жалкий, что отказать им было невозможно.

Постепенно на сторону восставших переходила и армии. Так, например, народ очень приветствовал так называемое движение «хомафаров» - технического персонала по обслуживанию авиатехники. Последние повсеместно отказывались выходить на службу. Своим протестом они сделали невозможным применение боевых вертолетов для разгона демонстраций.

16 января 1979 года шах Мохаммад Реза Пехлеви вместе с семьей покинул Иран, как оказалось, навсегда. Тегеран полнился слухами, что шахской семье удалось вывезти на самолете весь золотой запас страны и шахскую сокровищницу. А те революционные отряды, которые после отъезда монарха брали штурмом его дворцы, якобы сообщали о несметных богатствах, обнаруженных в помещениях, о золотых раковинах и клозетах. Все эти слухи оказались ложными.

Спустя годы шахские сокровищница и дворцы стали музеями. Каждый теперь может увидеть, какие уникальные драгоценности были накоплены столетиями не одной шахской династией и в какой обстановке жила семья последнего монарха. Конечно, никаких золотых унитазов там не нашлось. А по сравнению с сегодняшними «фазендами» некоторых российских нуворишей, шахские резиденции – это образцы скромности, изящества и вкуса. Но в те годы простым иранцам, жившим по большей части в бедности, они действительно казались сказочно роскошными.

1 февраля 1979 года после пятнадцатилетнего изгнания в столицу вернулся  опальный аятолла Хомейни. В международном аэропорту Мехрабад и на всем пути его следования по городу аятоллу встречали миллионы восторженных иранцев. С возвращением Хомейни революция окончательно приобрела характер исламской, а мятежный аятолла стал ее духовным лидером.

Сформированные революционные исламские комитеты начали раздавать оружие протестующей молодежи. В революционном запале вооруженные молодые люди арестовывали и прилюдно казнили шахских генералов, олицетворявших, как им представлялось, деспотичный монархический режим. Дело шло к открытому вооруженному столкновению с шахской гвардией "бессмертных", последним оплотом династии Пехлеви. Но осознавая последствия массового кровопролития и гражданской войны, 11 февраля 1979 года гвардейцы заявили о своем нейтралитете и сложили оружие. Этот день стал последним в истории 2500-летней монархии в Иране.  Менее чем через два месяца была провозглашена Исламская Республика. 

В первые же месяцы после революции страну покинула почти вся аристократия и многие представители интеллигенции. Кто-то просто боялся новой власти. Другие осознали крушение старого мира, к которому они принадлежали, а вписаться в новый не нашли в себе силы. Почти все они получили западное образование, воспитывались в традициях европейской культуры. Именно эти люди были проводниками идеи шаха по европеизации и обуржуазиванию Ирана. Идея оказалась глубоко ошибочной, не имевшей под собой почвы.

Многие политологи и обозреватели предвещали новой иранской государственности недолгое существование. Уж слишком несовременным и даже архаичным казалось такое устройство. Но история опровергла их прогнозы. Исламская Республика для большинства населения страны стала воплощением культурно-цивилизационных традиций. В исламе иранцы увидели своеобразную защиту и от внешних, и от внутренних врагов, возможность сохранения своей идентичности.

Да, государственное устройство современного Ирана совершенно непривычно, с точки зрения рядового европейца.  Но кто сказал, что оно должно быть ему привычным? Народ, представляющий одну из древнейших мировых цивилизаций, вправе сам выбирать себе путь развития. Да, и демократии в Иране куда больше, чем, скажем, в ряде монархий Персидского залива. В Исламской Республике существуют традиционные демократические институты президентства, правительства, парламента (меджлиса), местных муниципалитетов, избирательного права.

В Иране конституционно закреплен принцип верховенства теократической власти над светской. Поэтому над всеми демократическими институтами существует еще и некая идеологическая «надстройка» в виде нескольких организаций, контролирующих законодательную и исполнительную ветви власти и проверяющих их деятельность на соответствие канонам ислама. Они состоят из представителей высшего шиитского духовенства.  

Руководителем же государства является духовный лидер страны, избираемый пожизненно. Он - верховный толкователь божественных законов, который одновременно осуществляет наивысший контроль над светской государственной властью, армией и силами безопасности. Первым духовным лидером и главой ИРИ стал аятолла Хомейни, после смерти которого в 1989 году на эту должность был избран аятолла Али Хаменеи.

В стране разрешена деятельность политических партий, но лишь лояльных режиму. В Иране, конечно, есть недовольные политической системой, особенно среди молодежи. Но таковые были и есть в любой стране, при любых режимах.

В 80-миллионном Иране в настоящее время более 90% населения исповедуют ислам шиитского толка. Но никакого запрета на другие религиозные общины нет. Здесь действуют храмы зороастрийцев, Армянской апостольской церкви, католические, а также синагоги. В Тегеране есть храм и Русской православной церкви. Интересы религиозных меньшинств, численность которых оценивается в 500 тысяч человек, представлены в меджлисе. По иранской конституции 1 мандат закреплен за общиной иудеев, по одному – за христианами-ассирийцами  и зороастрийцами и 2 – за армянской общиной.

Таким образом, Исламская революция 1979 года привела к созданию уникальной политической системы, в которой переплелись демократические и теократические нормы и институты.

   

 

 

Оставить комментарий
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Еще по теме «История как предчувствие»:

22.02.2019
Польская война с памятниками советским освободителям
22.02.2019
Рассекречены документы Казанского высшего танкового командного училища
21.02.2019
Победа над фашизмом вызывает раздражение у киевских властей
21.02.2019
В США прошли основные показы фильма "Т-34"
20.02.2019
СМИ узнали о получении 27 бельгийцами назначенной Гитлером пенсии
19.02.2019
Украина призвала отменить прокат российского фильма "Т-34" в США
18.02.2019
СМИ Испании героизировали осаждавшую Ленинград дивизию
15.02.2019
Минобороны России рассекретило документы о войне в Афганистане
15.02.2019
Кинотеатры «Москино» покажут 12 фильмов ко Дню защитника Отечества
14.02.2019
Япония пересмотрит стратегию мирных переговоров с Россией
07.02.2019
В Токио организаторы митинга за возврат Курил отказались от термина "незаконная оккупация"
05.02.2019
Михалков назвал овцами участниц шоу Comedy Woman
02.02.2019
Глава Минюста Эстонии вновь поднял вопрос о компенсации за ущерб от "советской оккупации"
30.01.2019
Эксперт предсказал последствия в случае войны России с Японией
Загрузка...

Сообщите об орфографической ошибке

Сообщить
Выделенный текст слишком длинный.