Иран: в иранской элите зреет раскол / Новости / Информационное агентство Инфорос
Оцените статью
Иран: в иранской элите зреет раскол

Иранские законодатели проголосовали за полномасштабное восстановление иранской ядерной программы

Иран: в иранской элите зреет раскол

В иранской элите произошел раскол в связи с принятым иранским меджлисом (парламентом) закона о «стратегическом плане противодействия американским санкциям». Закон был одобрен в ускоренном порядке 1 декабря в ответ на убийство иранского физика-ядерщика Мохсена Фахризаде. 

Новый закон предусматривает практически полное отступление от международного ядерного соглашения – Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД). В частности предписывается установить в ядерном центре в Натанзе не менее 1000  центрифуг  IR-2М, которые в несколько раз ускорят процесс разделения урана-238 и урана-235.  На ядерном заводе Фордо должно быть возобновлено  обогащение урана до концентрации  20%.  А тяжеловодный реактор в Араке, ядро которого было демонтировано в 2016 году, должен быть приведен в то состояние, которое существовало до ядерной сделки, а после завершения строительства реактор сможет нарабатывать  оружейный плутоний. Закон также обязывает правительству остановить добровольное выполнение Дополнительного протокола к Соглашению о гарантиях с МАГАТЭ, то есть прекратить доступ инспекторов международного агентства к иранским ядерным объектам. Закон все же оставляет для Запада дверь приоткрытой, обязывая правительство Ирана вернуться к исполнению сделки, если США и Европа начнут выполнять свою часть обязательств по соглашению, то есть откроют Ирану полноценный доступ к механизмам торгового и экономического обмена.

План был одобрен подавляющим числом депутатов, большинство из которых  относятся к консервативному политическому крылу. Его принятие стало демонстрацией приверженцев жесткого курса, не желающих более терпеть унижения со стороны США и Европы. Как ожидается, закон будет ратифицирован Наблюдательным советом, возглавляемым ультраконсервативным аятоллой Ахмадом Джаннати. После этого документ вступит в силу. 

В противовес им  правительство, возглавляемое президентом Хасаном Роухани выступает с умеренных позиций, за поддержание диалога с Западом и за решение межгосударственных и международных проблем путем переговоров. В ходе заседания кабинета министров в среду президент Хасан Роухани подчеркнул, что «правительство не согласно с одобренными документами и считает, что принятое решение наносит ущерб курсу дипломатии».

О глубине разногласий двух ветвей власти остается только догадываться, поскольку открытое противостояние между ними редко выплескивается в открытые источники.

Как президента и человека Роухани можно понять. Многолетние ядерные переговоры и, как финал, заключение СВПД – это дело его жизни и главная цель предвыборных обещаний.

После переговоров по иранской ядерной программе с Европой в  2003-2005 годах, в ходе которых он возглавлял делегацию Исламской Республики, Роухани даже стали называть «шейхом-дипломатом» за искусство вести дискуссию. Правда, уже тогда Иран пошел на кое-какие уступки, в частности на частичную приостановку работы на некоторых ядерных объектах. Сразу после вступления в должность президента в августе 2013 года Роухани возобновил переговоры с «шестеркой» международных посредников (пять постоянных членов СБ ООН и Германия) по иранской ядерной программе, которые спустя два года и завершились заключением СВПД.

Летом 2021 года заканчивается второй президентский срок Роухани. В соответствии с иранской конституцией более он избираться не сможет.  Если же до этого момента ядерная сделка окончательно почит в бозе, то Роухани рискует навсегда остаться в истории Ирана, как президент, доверившийся Западу и проигравший. Консерваторы же не замедлят обвинить его в предательстве национальных интересов страны, назвать человеком, который своими уступками затормозил развитие иранской ядерной программы и не добился от противника свободного доступа Ирана на мировые рынки. Поэтому глава кабмина ИРИ будет бороться за сохранение СВПД.  

Разногласия между консерваторами и умеренными сигнализируют также о том, какую карту будут разыгрывать сторонники жесткого курса в ходе президентской избирательной кампании следующего года.

Роухани, очевидно, рассчитывает на то, что Джозеф Байден исполнит свои предвыборные обещания и вернется в ядерную сделку. «Враги стремились превратить санкции в полномасштабную экономическую войну, но в то же время мы считаем, что из-за провала кампании максимального давления США в отношении Ирана ситуация будет иной в следующем иранском календарном году (начиная с марта 2021 года)», - цитирует агентство Mehr  речь Хасана Роухани на заседании кабмина. Явно в расчете на снятие санкций он уже объявил, что в следующем году Иран планирует увеличить экспорт нефти до 2 миллионов баррелей в сутки, то есть более, чем в вдвое.

Однако, надежды Роухани могут оказаться призрачными. Во-первых, еще не факт, что новый президент США Джозеф Байден захочет вернуться в соглашение безоговорочно. Он и ранее-то заявлял: «Если Иран вернется к строгому соблюдению ядерной сделки, Соединенные Штаты присоединятся к соглашению в качестве отправной точки для последующих переговоров». В этой фразе главное слово «если». То есть опять речь идет о беспрецедентном давлении на Иран уже новой вашингтонской администрации. Ведь Иран стал поэтапно сворачивать свои обязательства по СВПД лишь спустя два года в ответ на выход из сделки Трампа и возобновление самых жестких антииранских санкций. Так, кто теперь должен сделать шаг навстречу? Тема же «последующих переговоров» вовсе отвергается  Ираном, о чем он уже неоднократно предупреждал.

Даже внутри Демократической партии Байден может столкнуться с теми, кто выдвигает дополнительные требования для возвращения Вашингтона в сделку. Так, сенатор от штата Делавэр Крис Кунс заявил, что не сможет поддержать возвращение в СВПД, если не будет включен пункт об ограничении, как ракетной программы Ирана, так и его влияния на ряд союзных ему военно-политических организаций на Ближнем Востоке. То есть, фактически он поддерживает нынешние требования президента-республиканца Трампа, неприемлемые для политика любого толка в Иране.

Однако есть и еще одна опасность, более отдаленного периода. Предположим, Байден вернется в СВПД. Но где гарантия, что спустя четыре года в Белый дом не вернется Дональд Трамп или его жесткий последователь, который вновь пожелает выйти из соглашения и использовать «его величество доллар» в качестве мировой дубинки-демократизатора? И эти «американские качели» со сменой курса и настроения, не только делают непредсказуемыми ирано-американские отношения, но и дестабилизируют  всю внешнеполитическую конструкцию. Как можно выстраивать взаимоотношения с государством, в котором нет преемственности внешнеполитических обязательств, где каждая следующая администрация отменяет решения предыдущей? 

 

 

Оставить комментарий
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 
 

Еще по теме «Иран после санкций»:

05.01.2021
МИД РФ: Иран отступил от ядерной сделки, возобновив обогащение урана до 20%
05.01.2021
США назвали решение Ирана обогащать уран до 20% "ядерным шантажом"
22.12.2020
Иран: консерваторы нацелены на победу
03.12.2020
Эксперт о перспективах возобновления диалога США и Ирана по СВПД
30.11.2020
Эксперт: убийство иранского атомщика приведет к усилению иранских консерваторов
30.11.2020
Иран готовит ответ Израилю за убийство физика-ядерщика
26.11.2020
Эксперт: угрозы Ирану со стороны США – пока только угрозы
12.11.2020
Иранский подарок Байдену
06.10.2020
Иран: война в Нагорном Карабахе лишь усложняет проблему
14.09.2020
Сделка с Ираном: кто, кому и сколько должен
04.09.2020
Reuters: Иран допустил экспертов МАГАТЭ на один из своих объектов
20.08.2020
Помпео: США намерены не допустить появления российских средств ПВО у Ирана
27.07.2020
Российско-китайский акцент в иранской политике
22.07.2020
Эксперт: сделку с Ираном еще можно сохранить
Загрузка...

Сообщите об орфографической ошибке

Сообщить
Выделенный текст слишком длинный.